жду собой наружностью: первые, разумеется, несколько поизящней и постройней, а другие поплотнее и посырее; но как у тех, так и у других, в выражении лиц есть нечто телячье, ротозееватое: в ..
Вот один из многих примеров того, как безостановочно работает фантазия егопамяти. Вслед за Бергманом мы о..
Бывало в простоте, в безмолвии вы жили, А нынче стали знать мазурку и кадрили. Ну, право, тяжкий грех, оставьте этот вздор; Смотрите, вот на вас составлен у:х собор...
10 Шамполион Жан Франсуа (1790-1832) - французский ученый, дешифровщик древнеегипетской иероглифической письменности. 11 Гошлер-Пургшталь Иозеф (1774-1856) - немецкий ученый-ориенталист. 12 "Маяк" - реакционный "журнал современного просвещения, искусства и образованности в духе народности русской", издавался в 1840-1845 гг. (в 18401841 гг. журнал редактировался П. А. Корсаковым и С. А. Бурачком, а затем одним Бурачком); рецензия на "Сочинения В. Ф. Одоевского" напечатана в 1844 г. (т. XVII, кн. 33. Новые книги, с. 7-29). Цензурное разрешение тома - 1 сентября. Указав на несогласие с Фаустом и его друзьями, рецензент этим ограничился, но зато выделил те места, "в которых сочинитель вполне согласуется с "Маяком" в отделяется "от" господствующего ныне мнения журналов, разногласящих с "Маяком"" (с. 11). В конце статьи Одоевскому было рекомендовано учесть замечания "Маяка", чтобы написать повесть "русскую, т. е. проникнутую истинною верою" (с. 29). 13 "Маяк" ... обращает внимание ... на изящные статьи, помещаемые в самом "Маяке"... - К выписке из Эпилога "Русских ночей" дана сноска, в которой названы "Повесть о русской народности" П. Маркова (т. VIII, 1843) и "Очная ставка русским обычаям, православным и заморским, старым и новым" И. Кулжинского (т. XI, 1843). Кроме того, в рецензии названы "Рассмотрение Ломоносова "Рассуждения о явлениях воздушных"" Д. Перевошикова (т. VII, 1843) и статьи С. А. Бурачка (ч. IV и V, 1840; т. XII, ч. IV, 1843). 14 ...пропущен эпиграф... - В качестве эпиграфа Одоевский рекомендует отрывок из басни И. А. Крылова "Осел и Соловей" (в 1-й строке цитаты исключено слово "говорит").
... На волнах катаются только малыши, но ты доходишь до крайности. Вместо того, чтобы прыгать возле рифа, лучше бы наловил побольше рыбы. Дэниел пристально посмотрел на старого друга и, немного помолчав, произнес: -- Майкл, да ты посмотри вокруг! Наш мир это стая дельфинов, которые ловят рыбу от зари до зари, день за днем. Только и делают, что охотятся. У них просто не остается времени исполнять свои мечты. Они живут, чтобы есть, а не едят, чтобы жить. Голос Дэниела дрогнул, и он заговорил о прошлом: -- Я вспоминаю прежнего, юного и сильного Майкла, который часами любовался волнами и мечтал, мысленно оседлав самый высокий и мощный вал. А сейчас я вижу перед собой трусливого дельфина, не думающего ни о чем, кроме рыбы, потому что он боится своих собственных мечтаний. Но что может быть важнее исполнения мечты, какой бы она ни была? Дэниел снова посмотрел на друга и закончил: -- Майкл, в жизни должна быть мечта, а страх не может стать ей помехой. Майкл смутился, ведь он понимал, что Дэниел прав. Однако мысль о жизни сотканной из мечтаний, была ему совершенно чужда. Он был уже не малыш, и мечты его давно сменились обязанностями. Разве не поэтому он тратил все время на рыбную ловлю? Кроме того, что подумают другие дельфины, если увидят, что он тоже катается на волнах? Времена, когда он прыгал в прибое, были для него неразрывно связаны с детством, которое ушло в прошлое. Порой он подумывал, не прокатиться ли разок, но охота затягивалась на целый день и отнимала все силы, так что Майкл постоянно находил уважительные причины отказаться от развлечения. Он взглянул на Дэниела и заговорил, надеясь, что голос его звучит достаточно убедительно: -- Дэниел, в один прекрасный день ты наконец-то повзрослеешь и начнешь смотреть на жизнь так же, как и остальные члены стаи. Поверь мне. С этими словами Майкл развернулся и исчез. Дэниел был очень расстоен...
